Сто сорок ударов в минуту: кто-то должен это услышать в стране, где убивают своих детей

Некоторые темы настолько неудобны, что разговор откладывается годами. Когда душевную боль уже нет возможности терпеть, человек кричит. Спектакль «Сто сорок ударов в минуту» – это крик. Но совершенно необходимо, чтобы он был услышан.

Афиша спектакля.


Моноспектакль «Сто сорок ударов в минуту. История потерянного детства» по пьесе Веры Акимовой создал режиссер Жирайр Газарян и актриса Юлия Белоус был показан в культурном центре «Покровские ворота». На спектакле побывал наш корреспондент.

Своей площадки у театра студии нет. Режиссер Жирайр Газарян говорит: «Будем играть везде, куда пустят». Руководитель культурного центра « Покровские ворота» Жан-Франсуа Тири признался: «Смотрю спектакль второй раз и второй раз мне физически больно».

В ярком свете софитов на стуле сидит актриса. Она рассказывает историю. На экране за ее спиной мелькают фотографии и фрагменты текста. Спектакль идет 70 минут без антракта. История, которую рассказывает, выкрикивает, хрупкая девочка Юля Белоус – на пределе человеческого восприятия. Но кто-то должен услышать это в стране, где есть регионы, в которых не пьют водку только собаки и грудные младенцы, в стране, где убивают своих детей.

«Сто ударов минуту» – история ребенка, лишенного любви. Девочка, выросшая с пьющей мамой, стала женщиной, но не смогла, не захотела стать матерью, не нашла в своей душе на это сил и сделала аборт. А потом поняла, что натворила. Весь ужас и всю необратимость своего поступка. О таких вещах в России не принято говорить ни лично, ни публично. Но подобные истории слышал каждый психолог, каждый психотерапевт.

У человека отлажен механизм психической защиты. Мы виртуозно научились замыкать уши, когда не хотим слышать, вытеснять информацию из сознания. Мы, как дети, закрываем глаза и думаем, что ушли от проблемы. Невыплаканная боль напоминает о себе, мы гоним ее, но она возвращается.

Как сказать тебе, что аборт – это убийство?

– Зачем это мне? Я не делаю абортов.
– Зачем это мне? Это было давно и у меня были такие обстоятельства.
– Это было с моей случайной подругой, давно. Зачем ворошить прошлое?

«Операция проводится под контролем узи», – написано в медицинском учебнике. Это значит, что доктор видит, как 10-недельный малыш пытается увернуться от инструмента. Его сердце бьется со скоростью сто сорок ударов в минуту. Мы не хотим об это знать. «Это спектакль-крик», – говорит режиссер.

Девочка, захлебываясь от слез, рассказывает, как во дворе ее уронили в сугроб и били: «Я знаю, что у тебя никого нет!» – повторял обидчик. У девочки есть и мама, и папа, но им не до нее, у мамы – гости и очередная бутылка, а папу героин довел до тюрьмы. Любимые обожаемые родители не слышат ребенка, даже когда он кричит. Неприкаянная никому не нужная девочка мотается по двору и смотрит на окна, пытаясь поймать момент, когда гости уйдут, чтобы вернуться домой.

Соседи говорят: «Зачем таким людям дети? Лучше бы сделала аборт».

Лучше?! Вы уверены, что это – лучше? Бабушка потеряла в войну всех своих детей и не смогла дать достаточно любви маме, а мама своей дочери, а та – своей.

Видеоряд на белом экране за спиной героини – кадры с мониторов узи, детский лепет, диалоги, фотографии трех мальчишек. «Это мои дети, – говорит режиссер. – Я люблю свою жену, люблю детей. Я хочу сохранить жизнь всем детям. Когда я узнал, что в мире каждую секунду кто-то делает аборт, то понял, что так нельзя, что с этим нужно что-то делать. И мы сделали спектакль». Возможно, эта история поможет спасти хотя бы кого-то.

«Это ад!» – в какой-то момент восклицает героиня.

Но ад – не спектакль. В аду не бывает зрителей.

У тех, кто сидит в зале, есть возможность что-то изменить, помочь, полюбить, пожалеть. Пока мы живы, многое можно сделать.

Как ребенку простить родителей? Как полюбить их, как научиться быть благодарным за то, что они сохранили ему жизнь? Как передать любовь своим детям, если в сердце пустота? Ответ в спектакле есть. Есть лесенка, по которой героиня выбирается из кошмара и шаг за шагом приближается к любви. Начинается она со слов: «Кто я без тебя, Господи?»

Юноши и девушки, мужчины, женщины, пожилые люди, спектакль для всех. Он про всех нас. Нужно найти в себе душевные силы, чтобы увидеть и услышать то, о чем не принято говорить. 

Посмотрите спектакль: «Сто сорок ударов в минуту».

СПРАВКА:

Жирайр Леонидович Газарян – режиссер, выпускник ГИТИСа (1998 г курс А. А. Гончарова), магистрат Школы-студии МХАТ (2007г., В.В, курс Фокина.), Работал в Московском театре «Школа драматического искусства», а позже в собственном проекте «Театр-студия под руководством Жирайра Газаряна».



Алиса ОРЛОВА

Дата публикации: 16.03.2015